историческая

древние ацтеки и тлачтли

 С разных уголков Чечен-ицы шли индейцы к пирамиде Кукулъкана. Тела их были празднично раскрашены, в руках разноцветные перья. Они шли один за одним, и поэтому издали вереницы шагающих людей напоминали ручейки, стекавшие на площадь, к огромной каменной громаде.

Холов шел вместе со всеми. Он успел забежать домой и теперь с улыбкой вспоминал встречу с женой. Торопливо приготовив еду, она поставила перед Холоном горячие лепешки-тортильяс н черные бобы. Холон брал лепешку, клал на нее бобы, сворачивал лепешку в трубочку и ел. А жена сидела напротив и влюблено глядела на мужа, который вернулся с войны жив и невредим.

Когда Холоп кончил трапезу жена натерла его тело красной мазью на груди и спине для красоты провела синие полосы, подала Холопу праздничную набедренную повязку и новые сандалии из тростника.

И теперь Холоп шагал вслед за другими индейцами к пирамиде Кукулькана. Счастливая улыбка не сходила с его лица. Конечно хорошо если бы жена шла вслед за ним. Но на праздник разрешается ходить только мужчинам…

Издали Холоп увидел храм, возвышающийся на самой верхней площадке пирамиды. Ястребиный глаз Холопа различил возле него людей. Гордо стоял Халач-виник — Верховный правитель Чичен-ицы. Рядом его помошники -жрецы. А на площади у пирамиды — тысячи индейцев. Все ждали возвращения военных отрядов во главе с командующим — наконом Тепеухом.

И вот издалека донесся бой барабанов, протяжные звуки труб, свист свистулек, треск трещоток. На площади показался вони с огромным знаменем из разноцветных перьев. Следом за ним плыли носилки накона Тепеуха, верные телохранители несли их на своих плечах.

Након был в красной накидке. На голове колыхался убор из драгоценных голубых перьев птицы кетцаль.

За носилками стройными рядами шли воины с копьями и луками в руках.

— Громче трубите, трубачи, и бейте в барабаны, барабанщики! Након Тепеух возвращается с победой!

Знаменосец подошел к пирамиде и склонил знамя. У первой ступени пирамиды телохранители опустили носилки, и након Тепеух стал подниматься наверх — туда, где его ждал Халач-виник.

Он стоит недвижимо на верхней площадке пирамиды, как статуя. Драгоценные перья украшают его головной убор. В руке жезл с хвостами гремучих змей.

Тепеух встает на колени перед Верховным правителем. Но Халач-виник дает знак, и жрецы поднимают победителя. Халач-виник дарит накону ожерелье из драгоценного нефрита и обещает новые земли и рабов.

— Всем, всем, всем… — громовым голосом кричит с края верхней площадки пирамиды Халач-виник. — В честь военной победы жрецы воскурят священный копаль, потом начнется игра в мяч между защитниками Бога Дождя и Бога Ветра.

Над пирамидой взвились струйки белого дыма. Они поднимались к голубому небу и там растворялись, и благовонный запах копаля, верно, долетал до богов…

На ровное поле стадиона вышли игроки. Защитники Бога Ветра — в красных набедренных повязках. Защитпики Бога Дождя— в синих. На руках у игроков браслеты из сушеных плодов. На правом колене подвязка. Небольшой упругий круглый мяч лежит на земле. Его сделали из белых слез, которые роняет священное дерево, когда его ранят.

Мяч пока лежит. Игроки разбежались по полю. Среди них, конечно, и Синтейют, защитник Бога Дождя. Разве может начаться игра без Синтейюта, лучшего игрока Чичен-ицы!

Жрецы кончили воскурять священный копаль. Заиграли трубы. Халач-виник, опираясь на свой жезл, высоко держа голову, спустился с пирамиды.

91 ступень пирамиды отделяет Верховного правителя от народа. Когда он стоит наверху, кажется, что Халач-зиник говорит с богом. И вот он, посланец бога, спускается на землю.

Шаг! Еще шаг! Легкая накидка Халач-виника скользит по каменным ступеням. По обе стороны длинного поля высокие каменные стены. На каждой — каменное кольцо. На северной стороне стадиона трибуна Халач-виника. Она больше похожа на храм. Под мощной крышей исписанных каменных плит стоит только одна скамейка.

Каждый, кто шел на стадион, знал свое место. Старейшины, жрецы и их помощники — чаки садились на ступени храма ягуаров, который возвышается на восточной стороне. стадиона. Художники, мастеровые, лекари шли на южную трибуну. Простой люд размещался на западной трибуне. Холоп сел в первый ряд. Прямо под ним было каменное кольцо команды защитников Бога Дождя. Ему будет хорошо видно, как играет Синтейют.

Носилки Халач-виника замерли перед каменной скамейкой его трибуны. Верховный правитель поднимается на трибуну, ударяет жезлом о каменный пол, и музыка смолкает.

— Защитники Бога Дождя и Бога Ветра, — разнеслись над стадионом слова Халач-виника. — Вы начинаете священную игру в мяч. И пусть каждый из вас не жалеет своей силы и ловкости, чтоб мы знали, какую судьбу нам готовит будущее.

— Вы должны драться за победу, как за свою собственную жизнь, — гремел голос Халач-виника. — Жизнь главного игрока побежденной команды будет отдана Богу, его кровь оросит землю, и тогда весь следующий год будет счастливым для нашего народа.

Халач-зиник поднял свой жезл, украшенный гремучими змеями, и стукнул им по каменному полу.

И вот главный игрок команды защитников Бога Дождя — Синтейют стремительно рванулся к мячу, лежащему на траве, и, позмеиному изогнув тело, ударил его локтем. Другие игроки стали бить мяч коленями, бедрами, локтями, стараясь загнать его в каменное кольцо.

Загнать мяч таким способом нелегко. Но нельзя его касаться ни кистью руки, ни стопой ноги за любое такое касание игроку грозит смертная казнь.

Мяч у команды защитников Бога Ветра. Они все ближе к каменному кольцу. Вот Шимчах, главный игрок команды защитников Бога Ветра, высоко прыгает и коленом бьет мяч. Словно стрела, пущенная из лука, летит он в кольцо. Но Синтейют ждал этого удара. Он прыгает и, высоко подняв локоть правой руки, закрывает мячу путь в кольцо.

На мгновение взгляды Снитейюта и Шимчаха встретились. Два решительных взгляда, и в каждом уверенность в победе — иначе смерть. Ктото из них отдаст сегодня жизнь.

Холоп не пропускает ни одного движения Сннтейюта. Он так хочет, чтобы Синтейют одержал победу. Наверное, если бы его дочь Сквик не была отдана богу Юм-Чаху, то Синтейют стал бы ее мужем, и тогда он называл бы Холопа отцом.

Быстрые как стрелы защитники Бога Дождя гонят мяч к кольцу противника. Синтейют совсем уже близок к цели.

Синтейют с силой бьет локтем мяч, но тот пролетает мимо.

И опять атакуют защитники Бога Ветра. Шимчах впереди. Рез-кий удар локтем… Мяч ударяется  и отскакивает к игрокам команды защитников Бога Дождя.

Шимчах в отчаянии сжал кула-ки. Так близка была победа… Он

должен был забить этот мяч! А теперь снова нужно уходить в за-щиту, снова не давать Синтейюту прорваться к кольцу…

— Дорогая Сквик, помоги Синтейюту, — шепчут губы Холона. — Он защищает твоего бога Юм-Чака! Помоги ему, дочь моя.

Атаки следуют одна за другой. Потерян счет времени. Увлеченные игрой зрители не замечают, что солнце склоняется все ближе к горизонту. Какое людям дело до времени и до солнца! Ритуальная игра может кончиться, лишь, когда игроки забьют в кольцо мяч и жизнь главного игрока побежденной команды будет отдана Богу.

Защитники Бога Дождя атакуют все настойчивее. Кажется, они лучше сумели сохранить свои силы. А может быть, действителъно им помогает Сквик, до которой

дошли мольбы отца? Может, она дает силу своему возлюбленному?

Уже совсем близко кольцо противника. Но неприступна стена защитников Бога Ветра. Мяч вновь отбит. И уже заметна радость на лицах защитников Бога Ветра.

И вдруг среди игроков мелькнуло тело Синтейюта, он ловко поддел мяч коленом, и в то же самое мгновение,, будто подброшенный пружиной, устремился вверх и локтем правой руки послал его в цель.

— Победа! — гремит стадион.— Победа!

На суровом лице Халач-виника промелькнула улыбка.

Игроки несут Синтейюта на руках к трибуне Халач-виника. Но он вырывается, сам бежит к трибуне и падает ниц перед Верховным правителем. Халач-зиник снимает с правой руки дорогой браслет, украшенный бирюзой, и бросает его Синтейюту.

Зрители, поднявшиеся с мест, бросают на поле стадиона драгоценности. Слава защитникам Бога Дождя!А защитники Бога Ветра во главе с Шимчахом стоят, прислонив-шись к каменной стене. На их лицах печаль. Сейчас они простятся со своим лучшим игроком. Халач-зиник жестом подозвал жреца.

Жрец вынул изпод красной накидки большой, похожий на секиру обсидиановый нож. Он торжественно идет по полю, держа нож в вытянутых руках. В центре поля, где лежит мяч, сделанный из белых слез резинового дерева, жрец остановился и подозвал лучших игроков команд — Шим-чаха и Синтейюта. Жрец вручил нож Синтейюту и дотронулся до плеча Шимчаха. Тот встал на колени, склонил голову, закинув за спину руки. Сейчас он будет принесен в жертву Богу, и кровь его каплями священного дождя падет на землю.

Синтейют поворачивается к Шимчаху и взмахивает ножом. Голова Шнмчаха падает на траву. Синтейют схватил голову Шим-чаха за волосы и, высоко подняв ее, побежал по стадиону, показывая голову всем: простолюдинам, жрецам, колдунам, чакам и самому Халач-винику.

Снова гремят барабаны, свистят свистульки, трещат трещотки, протяжно тянут свои мелодии трубы. Радостны лица жителей Чичен -Ицы.

И когда Халач-зиник поднимается по крутой лестнице пирамиды, на лице его гордость, на лице его уверенность в том, что следующий год будет счастливым для его государства. Люди смотрят на этих всесильных посланцев бога, удаляющихся от земли. Сейчас они сядут на шкуры ягуаров, подбросят на угли, тлеющие в огромной каменной пасти ягуара, комочки священного копаля. Ароматный дымок потянется к небу, к богу. Наместники бога на земле произнесут молитву.

Пока великие говорят с богами, индейцы по приказу знатных воинов и жрецов уже тащат на площадь огромные сосуды с балче. Каждому будет выдан хмельной напиток. Он обожжет кровь, помутит сознание и сделает все вокруг еще радостнее. На площади столько народа! Холон переходит от одной группы к другой. Он слышит, как люди обсуждают игру. Наконец он увидел Синтейюта.

 Холоп подошел к Синтейюту и поотцовски обнял его. Потом он вынул из уха серьгу,

 

которую прежде носила его дочь Сквик, и подарил ее Синтейюту.

 Я верил в победу, — сказал Синтейют. — Сквик помогала мне, я защищал Бога, которому она отдана. Холопу показалось, что в глазах Сиитейюта промелькнула грусть.

 Появился жрец, назначенный Халач-зиником для проведения торжеств. Он в черной накидке, в пышном головном уборе. Под звуки барабанов он совершает танец изгнания злых духов. Чаки, сидящие у жаровен, подбрасывают ко-пали. Все собравшиеся машут руками, изгоняя злых духов, которые могут испортить такое великое торжество.

 Чем больше выпито хмельного напитка, тем радостней гул на площади. Индейцы пьют за победу военную, за победу команды защитников Бога Дождя. И только когда кончилось балче, индейцы вышли на платформу Ягуаров и Орлов, которая сложена из камня напротив пирамиды Кукулькана, и начали танец. У одних в руках копья, у других древко с флажками…

Танец похож на настоящий грозный бой. Шаг вперед, взмах копья, сандалии стучат в такт барабану по каменным плитам. Танец будет продолжаться долго, пока темное покрывало ночи не скроет великий город Чичен-ицу.